93-летнего старика задержали после попытки обнять и поцеловать 15-летнюю девушку

Трудно сказать, чем закончилась бы эта история, не вмещайся социально-реабилитационный отдел Общественной адвокатуры

28 октября 2017 в 11:16, просмотров: 1140

Дело дошло до обвинительного заключения, в рамках которого глубокому старику намеревались инкриминировать сексуальные домогательства и развратные действия.

93-летнего старика задержали после попытки обнять и поцеловать  15-летнюю девушку

После беседы с подозреваемым сотрудница отдела выяснила, что он пытается обнять и поцеловать всех встречающихся людей и, по-видимому, страдает старческой деменцией. Она настояла на психиатрической экспертизе, которая подтвердила это предположение. В результате пожилой человек избежал тюремного заключения и был официально признан психически больным, нуждающимися в уходе. Как оказалось, семья больше года пыталась добиться для него такого статуса, но дело тормозилось из-за бюрократических препон. А тут вдруг все решилось в течение пары недель.

И это – лишь один из многих случаев, которыми занимается социально-реабилитационный отдел Общественной адвокатуры. Официально его сотрудники называются советниками по социальным вопросам. К ним поступают все выходящие из ряда вон случаи - обычно около 130 дел в месяц, хотя бывает и больше.

- Когда дело дошло до прокуратуры и суда, социальные службы отступают в сторону. Ну а судьи, прокуроры и адвокаты, как им и положено, рассматривают все дела с юридической точки зрения: если вина доказана, то за преступлением должно последовать наказание. Мы же смотрим на любую проблему с двух точек зрения: юридической и социальной, - объясняет сотрудница этого отдела Анат Машиах. – Для нас важно понять, что привело человека на путь преступления и как его можно увести с этого пути. Это не значит, что мы помогаем избежать наказания. Наказание ведь можно совместить с реабилитацией. Например, когда речь идет об алкоголизме, наркомании, насилии в семье. Говоря коротко, наша задача - добиться такой меры пресечения, от которой максимально выиграет общество.

В качестве типичного примера работы отдела Анат Машиах приводит недавнюю историю 17-летнего подростка, обвиненного в совершении развратных действий по отношению к товарищу по интернату. Оказавшись в КПЗ, подросток впал в депрессивное состояние, попытался свести счеты с жизнью, после чего был переведен в психиатрическую клинику.

- Приданный обвиняемому общественный адвокат обратился к нам за помощью, когда стало ясно, что парню светит либо тюрьма, либо закрытая психиатрическая лечебница, - рассказывает Анат Машиах. – Ему же показалось, что подросток отнюдь не так безнадежен, хотел его вытащить, но не знал, как это сделать – все "карты" были против подзащитного.

Начав работу, я выяснила, что этот подросток страдает нарушением когнитивных способностей, с детства испытывал трудности в учебе и является жертвой насилия в семье (после того как мать несколько раз избила его ремнем, мальчик был помещен в школу-интернат). Но при всех проблемах парня душевнобольным назвать его было нельзя. И я задалась простым вопросом: что будет, если он попадет в тюрьму? Будет ли общение с криминальным миром способствовать его исправлению? Вряд ли. Скорее наоборот, из тюрьмы выйдет с еще более искаженным восприятием мира и примкнет к одной из ОПГ, с боевиками которой близко сойдется за решеткой. На мой взгляд, это не отвечало ни интересам юноши, ни интересам общества.

Мы с адвокатом обратились к суду с просьбой учесть, что речь идет о несовершеннолетнем, и поместить подростка в специально разработанные нами рамки его постепенной реабилитации и превращения в полноценного члена общества.

Советница социального отдела хайфского филиала Общественной адвокатуры Мирьям Назам-Нашаф рассказывает о деле, которым занимается в настоящее время. Ее подопечная - 19-летняя наркоманка, зарабатывавшая на жизнь проституцией, - окончательно утратила веру в людей и не желала ни с кем общаться: ни с полицейскими, ни с врачами, ни с соцработниками. Полтора месяца Назам-Нашаф ежедневно по несколько часов беседовала с девушкой, пытаясь завоевать ее доверие. И вот на днях дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки: девушка заговорила и стала изливать Мирьям душу. Что с ней будет дальше, неизвестно, но Назам-Нашаф убеждена, что ее новой подопечной необходима реабилитационная программа.

Таковы будни работников этого подразделения Общественной адвокатуры, о существовании которого знают немногие, но которое, согласитесь, необходимо. Об этом, кстати, свидетельствуют и данные опроса, проведенного среди адвокатов, работающих с Общественной адвокатурой.

74% респондентов оценивают деятельность этого отдела как полезную, и лишь 3% считают данную структуру излишней.

34% адвокатов сообщили, что обращались к советникам отдела за консультацией или другой помощью не менее десяти раз за год.

- Легкой нашу работу не назовешь, ведь нам приходится иметь дело с теми, кто волею судьбы оказался на обочине жизни. Все это невольно накладывает печать и на нас, - говорит Анат Машиах. – Зато трудно оценить то ощущение, когда удается что-то изменить к лучшему в судьбах этих людей, причем порой на 90-й, а то и на 91-минуте судебного процесса.






Партнеры