С первого же своего проведения в 1984 году Международный Иерусалимский кинофестиваль стал центральным событием израильского кинематографа и одним из значительных событий мирового киноискусства. В нынешнем году кинофестиваль почтили своим присутствием такие "асы" мирового кинематографа, как режиссер Квентин Тарантино (ему был вручен приз за вклад в киноискусство), музыкант и режиссер Лори Андерс, режиссер Уит Стилман.
Нужно отметить, что с их стороны приезд на Иерусалимский фестиваль был не просто профессиональным визитом или приятным времяпровождением, а своего рода поступком. В условиях, когда все больше деятелей науки и искусства заражаются бациллой израильского бойкота; когда даже в среде самих израильтян и известных евреев диаспоры (таких, например, как британский кинематографист Хаим Брешит) раздаются голоса, требующие немедленного прекращения всяких культурных контактов с "оккупационным режимом" страны "ближневосточного апартеида", присутствие этих знаменитостей на Иерусалимский фестиваль и показ на нем своих работ – доказательство того, что искусство, даже если остается совершенно вне политики, может быть выше ее.
К сожалению, привкус политики в искусстве был не вполне приятен. На фоне джентльменского поступка иностранных гостей поведение хозяев фестиваля стало апофеозом неуважения к собственной стране. Во время официального выступления министра культуры Мири Регев на открытии кинофестиваля, упомянувшей кровавые теракты недельной давности, которые потрясли страну, присутствующие начали свистеть. Что они хотели показать таким поведением, скорее приличествующим трудным подросткам, дорвавшимся до футбольного матча? Что им плевать на гибель поселенцев, лишь бы им не мешали наслаждаться искусством? Что упоминание суровой реальности, в которой мы живем, неуместно на "празднике жизни", где они так рассчитывали спрятаться в свои и чужие фантазии? Что им претит сам вид и манера речи министра культуры - человека, весьма далекого от культурной богемы?
Возможно, нынешнее правительство и ошиблось, назначив генерала Мири Регев (которая иногда действительно ведет себя, как сержант перед взводом новобранцев) на пост министра культуры: такое министерство не управляется командными методами. Мы все отлично помним, как та же Мири Регев на том же Иерусалимском кинофестивале в прошлом году с присущими ей командирскими замашками распорядилась убрать из конкурсной линейки фильм известного кинодокументалиста Герца Франка "На пороге страха" – о любви Игаля Амира и Ларисы Трембовлер, притом что фильм ни сном ни духом не оправдывал "убийство глав правительств".
Но, с другой стороны, министр на то и министр, чтобы командовать своим ведомством и определять направление его деятельности. Если мы в принципе готовы допустить наличие такой должности, как министр культуры - то есть человек, управляющий культурой и искусством в стране, решающий, кому давать деньги, а кому не давать, кого продвигать, а кому не давать ходу, - то мы должны смириться с мыслью о том, что демократическим путем эту должность может занять человек, взгляды которого на данные вопросы отличаются от наших. И так же, как другие люди уважали бы выбор большинства, если бы он пал на человека, которого мы сами желали бы видеть на этом посту, так и мы должны уважать мнение большинства, если на сей раз оно не совпало с нашим. Таков основной принцип демократии. Тем более, что каков бы ни был министр, это официальный представитель государства, и публичное проявление неуважения к нему – плевок в лицо собственной стране.
Но в том-то и дело, что для большинства израильских деятелей культуры Мири Регев – не представитель их страны. В "их стране", существующей в их воображении, нет места не только Мири Регев, но и "Ликуду", и религиозным, и поселенцам. Их наличие и все более растущий процент в составе населения вызывает досадливую отмашку и желание отогнать эту "нечисть" свистом, топаньем, непристойными жестами.
А вот режиссер Педро Альмодовар, автор представленной на фестивале картины "Хулиетта" – вполне свой человек для организаторов мероприятия и элитной публики. До такой степени свой, что картиной Альмодовара был торжественно открыт фестиваль, несмотря на то, что режиссер в категорической и не слишком вежливой форме отказался приехать в Израиль. Два года назад, во время антитеррористической операции в Газе, Альмодовар во главе представительного списка испанских деятелей культуры подписал открытое письмо, в котором обвинил Израиль, ежедневно обстреливаемый десятками ракет из Газы, обвинялся в "геноциде мирного палестинского населения". И вот сейчас этот одиозный режиссер, презрительно пренебрегший почетным приглашением на премьеру своего фильма, не желающий ступать ногой на землю "геноцида", получает заочно все возможные чествования, в то время как министр культуры, упомянувший последние кровавые жертвы его "протеже", подвергается освистанию и остракизму!
Безобидное на первый взгляд культурное мероприятие в который уже раз вывело на чистую воду израильскую богему, показав ее истинное отношение к культуре и демократии - ценностям, которые она сама же провозглашает высшими. Вопиющее бескультурье и высокомерное презрение к демократической воле большинства – вот настоящее лицо нашей "культурной элиты".
Хорошо это или плохо, но "элитному искусству" в нашей стране рано или поздно придется потесниться. Его электорат стремительно сокращается. Крупнейшие и старейшие израильские театры с каждым годом все больше погружаются в бюджетный овердрафт, проще говоря – в бездонную долговую яму. Сотрудникам этих коллективов невдомек, что у них под носом, без всяких профсоюзных льгот и государственных субсидий, на полной самоокупаемости развивается другое, альтернативное искусство – искусство "одиноких талантов". В эпоху непомерного удорожания коллективной работы, когда компьютерные эффекты с успехом заменяют выступление десятка актеров и при этом не нуждаются в зарплате и не выражают политических убеждений, театры одного или двух актеров, монодрамы и монокомедии, небольшие семейные коллективы обязательно выиграют бой за кошелек зрителя. И не в последней степени благодаря тому, что эти одинокие таланты – плоть от плоти своих ценителей, так презираемых элитой простых израильтян.
И вот тогда, когда искусство наконец станет близким народу и не требующим государственных субсидий (а значит, и регуляции), когда от него отвалятся рыбы-прилипалы, вся цель которых – присосаться к госбюджету, и идеологические тремписты, пытающиеся "перевоспитать массы" посредством продвижения своих и чужих "шедевров", все достоинство которых – в нужной политической направленности, вот тогда, надеюсь, культурные мероприятия станут таковыми на 100 процентов и не будут оставлять никакого привкуса, ни политического, ни какого бы то ни было еще.